Варикоз не болит — и в этом главная опасность

В летний период из-за повышения температуры сосуды расширяются. Добавьте сюда большие физические нагрузки, которые особенно свойственны старшему поколению, — хотя, впрочем, и не только ему, ведь это пора отпусков и активного отдыха. Меняется и диета, и объём потребляемой жидкости. Поэтому из года в год летом мы наблюдаем устойчивую тенденцию к обострению варикозной болезни.

Особенно в летне-осенний период — и в первую очередь осенью. Объём физических нагрузок на садовых участках возрастает, а это напрямую ведёт к тому, что болезнь запускается активнее, состояние усугубляется, и количество осложнений, повторюсь, увеличивается.

Такой мрачный прогноз, пожалуй, делать не стоит. Все перечисленные факторы — лишь часть картины. Есть и другие моменты, которые при определённой предрасположенности организма могут привести к варикозной болезни — в той или иной стадии, в той или иной степени. Поэтому я бы сказал так: если появились какие-то признаки, лучше обратиться к компетентному специалисту. Он осмотрит, оценит состояние и на основе диагностики сделает заключение.

Первые признаки — это сосудистые сеточки на поверхности, ретикулярные внутрикожные изменения. Они видны глазу. Поначалу это доставляет пациенту скорее косметическое недовольство, скажем так.

Физически — да. Варикозная болезнь — эдакий тихий убийца: подкрадывается постепенно, без болезненных ощущений, состояние тем временем усугубляется, возникают осложнения. И лишь тогда пациент приходит к нам уже на фоне серьёзных изменений. Я думаю, не стоит доводить себя до такого. Заметили первые признаки — придите, покажитесь. Мы посмотрим, оценим, поставим диагноз и сделаем всё, чтобы болезнь не запускалась или была своевременно предотвращена.

Сеточки — это уже первая стадия варикоза, так что обратиться вполне уместно.

Да, поверхностные, уже более крупные вены — это бассейн большой или малой подкожной вены. Такое состояние требует вмешательства. Хотя бывают и другие вены, изменения которых видны невооружённым глазом. Даже если пациент ошибается — ничего страшного: он пришёл, показался, просто ему показалось. А если мы видим проблему и считаем, что это варикоз, — значит, обращение своевременное.

Ну, это примерно 90% наших пациентов.

90% — это практически всё население. Люди ходят с этим годами, даже десятилетиями. И ежедневно к нам приходят пациенты, которым мы говорим: «Вы видите, что с вами происходит?» Это визуально, особенно для женщин, неудобно и просто некрасиво. При этом и болезненные ощущения есть: тяжесть в ногах, отёки. На вопрос «почему вы так долго терпели?» ответ не всегда находится. Стеснение, привычка — мол, есть и есть, не болит. Такой вот ответ: «не болит».

Мы говорим: не обращаются. Но еженедельно к нам приходят пациенты, которых привели уже возникшие осложнения. А осложнения печальные: тромбозы, тромбофлебиты. В просвете сосуда образуется тромб, который по току крови поднимается всё выше, попадает в правые отделы сердца, а оттуда — в лёгочную систему.

Возникает тромбоэмболия лёгочных артерий. Это смертельный вариант. В лучшем случае — реанимация, потом выписка с улучшением. В худшем — летальный исход. Зачем доводить себя до такого состояния? Это же наше здоровье, огромный риск получить осложнения. Бывает, что тромбофлебит развивается на фоне варикоза, и пациент всё собирается: «Вот лето закончится — пойду». А тромб уже возник. И тогда оперативное вмешательство практически невозможно — мы просто не можем ничего сделать. Такое, к сожалению, тоже случается.

Давайте возьмём шире. Методы лечения существуют разные. Во-первых, компрессионный трикотаж — хотя бы такой вариант: если пациент по каким-то причинам не может сделать большего, ношение трикотажа уже снижает риски, позволяет избежать быстрого развития осложнений и облегчить участь. Во-вторых, инвазивное лечение — склеротерапия. И в-третьих, эндовенозная лазерная коагуляция. Три метода, которые позволяют избавиться от болезни в той или иной степени — в зависимости от стадии и формы варикоза, с которой приходит пациент.

Сама процедура лазерной коагуляции проходит без крови, без разрезов. Человек утром пришёл на операцию, своими ножками ушёл домой — и занимается всем, чем занимался раньше. Практически без ограничений, за редким исключением в ближайшее время. Не нужно лежать в стационаре, вводить наркоз, соблюдать постельный режим неделю, терпеть разрезы и перевязки со всеми вытекающими. Люди боятся процедуры больше, чем она того заслуживает.

А те, кто приходит на операцию, встречают в коридоре пациента, который уже выходит после неё, и говорят: «А я же так боялся!» Тот отвечает: «Почему же я так долго, столько лет, десятилетиями не решался?» Оказывается, всё просто.